Gintama-TV

Объявление

Ролевая закрыта.
24.09.2011г. - 15.02.2016г.
Большое спасибо всем, кто здесь был и кто оставался до самого последнего, надеясь на чудо.

----------

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Gintama-TV » Death Camp » Сектор "А".


Сектор "А".

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Сектор "багряных рек".

0

2

Едва Шисуи присел, Суджи вскочил ему на плечи, схватился свободной рукой за край люка и немедленно выглянул наружу, рискуя, лишившись головы, остаться лежать в этом самом лифте навсегда. К счастью, никого на крыше не оказалось, как и на тросе или где бы то ни было еще. Риппер нахмурился и еще раз огляделся, когда его ушей достиг далекий гул. Он успел непонимающе вытаращиться, прежде чем Шисуи стянул его за руку, и он рухнул на пол, больно ударившись коленом. На его уши легли огромные ладони, сдавливая голову; казалось, швы сейчас просто разойдутся. Он вцепился в запястья напарника, запоздало понимая, что если бы не он, риппер мог бы потерять слух, если бы его голова вообще не лопнула от оглушающей какофонии. Ужасный шум все же оглушил его, голова отозвалась тупой болью, которая отступила лишь когда все стихло. Шисуи наконец отпустил Суджи. Все звуки смазались, смешались и притихли, будто кто-то пару раз нажал на «–» телевизионного пульта. Суджи почувствовал, как в нем закипает злость. Ему до смерти надоело, что кто-то находился на шаг впереди него, настолько, что хотелось, наплевав на свободу, спуститься назад в уже пройденные сектора, найти хозяина этой лавочки и лично выпустить ему кишки. Обмотать их вокруг туши, завязать бантом и отправить в программу «Поле Чудес» подозрительному усатому старичку с глазами побритого бифало*.
Голос Шисуи тоже стал тише.
– В порядке, только говори погромче, – завопив, Суджи сам вздрогнул. Это взбесило его еще больше.
Когда двери разъехались, Суджи взвесил в руках мечи и первым шагнул вперед. В отличие от Шисуи, он избытком информации не страдал, а потому не сразу заметил, что с этим сектором что-то не так. Шквал пуль, обрушившийся на них двоих, весьма мешал сосредоточиться на том досадном обстоятельстве, что через два ряда пушечного мяса их ждало нечто особенное. Шисуи, возившийся позади, вдруг вырвался вперед; двигавшийся машинально Суджи, все еще пытающийся осознать их плачевное положение, последовал за ним, используя шпагу как пику, тараня ею врагов, отрубая вакидзаси руки и головы, как заправский палач.
Ему показалось, что охрана кончилась как-то быстро. После двух пламенных секторов такое количество людей не удивляло, особенно теперь, когда от ран остались только шрамы, не вызывающие никаких болезненных ощущений. Еще один повод покрасоваться перед Шинджи, не более того. Суджи проскочил под рукой Шисуи и первым просочился через барьер; острый конец проволоки оцарапал его щеку. Его ноги ступили на неустойчивую почву, стопами он ощутил что-то острое. И не одно, и не два. Подошва пока спасала, но едва ли надолго. Сердце Маширо упало, а после толкнулось куда-то под горло, в висках застучала кровь, когда он понял, что маневрировать в таких условиях он не сможет. Его единственное преимущество – скорость – оказалось недоступно ему. Где-то впереди ряд людей вздернул дула орудий. Над правым ухом что-то едва слышно заскрипело. Все прочие звуки потонули в шуме прибывающей воды и оре музыки.
Суджи попытался встать в стойку. Он не был так хорош в отбивании пуль, как Шисуи. Да и раздирании чужой плоти голыми руками тоже, кстати. Он скосил глаза вбок и слегка повернул голову, чтобы посмотреть на напарника. Вид окровавленных когтей, уходящих в рукава кровавых дорожек, вызвал приступ мурашек. Глядя на то, как Шисуи рвал людей в клочья, Суджи мог бы поверить, что он популярен у противоположного пола. Во всяком случае, встретив такого человека в темном переулке, Суджико точно не устояла бы. Даже если бы он был с такой же странной прической. Хм. Разве она была такой раньше?
Суджи фыркнул себе под нос и растянул губы в усмешке. Он слегка пригнулся, разрывая ногами мусор, становясь устойчивее. Даже через подошвы стопы кололо. Но, в конце концов, двигаться быстро могли не только ноги. Прилетевших пуль оказалось меньше, чем Суджи рассчитывал. Он прищурился, пересчитывая людей напротив. Похоже, они собираются стрелять в два захода. Одна линия стреляет, вторая перезаряжает орудия, так? Скрипучий звук повторился; Суджи сжал зубы, понимая, что атака будет сплошной, ему не дадут сделать и шага.
Зарычав от злости, Суджи развернулся, выталкивая из-под воды навалившийся на ногу мусор. Едва острые осколки оказались перед его глазами, он сложил мечи вместе и ударил плашмя, посылая осколки в далекий полет в сторону надзирателей. Спустя секунду последовала вторая партия, затем третья. Небольшая часть не долетала до пункта назначения или врезалась в натянутую проволоку, но значительная часть достигала цели. Пользуясь заминками у надзирателей, Суджи делал пару шагов.
Маширо-сама не отличался особой меткостью, в конце концов, в бейсбол он особо не играл - тем более в условиях, когда в тебя стреляют, - но он старался компенсировать это количеством. Он запускал осколки еще и еще. Несколько надзирателей осели на пол. Суджи захихикал сквозь зубы и продвинулся еще на несколько шагов вперед.

*Отсылка к игре Don't Starve, побритые бифало справа

http://sh.uploads.ru/A5BFZ.png

Отредактировано Sugi Mashiro (2015-06-10 14:31:55)

+1

3

Достало! Как же чертовски всё достало! — с ревом блондин носился туда-сюда, переносясь за считанные секунды то к одному надзирателю, то ко второму, то к третьему и так далее по списку численности сгрузивших сюда пешек. На голове чувствовалась легкость. Хвост волос больше не мешался, оставшись кому-то на память. Возможно, их заберут в лабораторию, изучат, возьмут ДНК и поместят в кого-нибудь, производя клонирование. Шисуи передернулся, представив себя расклонированного на тысячу копий в форме Лагеря Смерти. Ещё и эта фоновая музыка, которая жутко раздражала. Кажется, Шиниичи специально постарался подобрать что-то мозговыносящее и с невообразимо писклявым голосом.
Единственное, что не выводило из себя и не мешало – это вода. Шисуи любил воду, пусть и не умел плавать. Она успокаивала расшатывающиеся нервы и придавала сил двигаться вперед, уворачиваясь от пуль. Гривастый тоже был доволен родной прохладе и лишь сильнее рвался в бой, заполняя собой сознание и разум Шисуи. Блондин больше не ощущал себя скованным. Регенерация закрыла серьезные раны, даже бедро уже не ныло. А может и ныло, возможно, и другие раны болели, но глава клана полностью погрузился в сражение, позабыв о своем самочувствии. Оскалившись выпирающими  клыками, он вырывал внутренности с глухим свистом, рвал грудную клетку, ломал ребра, заставляя их торчать даже в самых немыслимых местах. Блондин не разбирал лиц, одинаковая форма мельтешила перед глазами, превращаясь в мешанину темно-бардовых пятен и исковерканных тел.
Приспуститься вниз, присесть, моментально отталкиваясь ногами от колкой груды, чисто инстинктивно пропуская мимо себя пули и двигаясь настолько быстро, словно выбившийся на свободу порывистый ветер, сметающий на своем пути всё ветхое и хлипкое. Гривастый был подобен ветру, без разбора сносившему в секторе А всё и вся. Музыка больше не действовала на нервы – блондин её не слышал, наслаждаясь криками павших надзирателей. Он совершенно не видел, где находится и в какую сторону движется – глаза застилали чисто звериное безумие. Больше крови! Больше вязких субстанций и склизких органов! Больше переломанных и скрученных, выдернутых с нервами костей! Больше! Больше! Ещё больше!
Под когти попалось чье-то горло и, сильно сдавив его, Гривастый протащил тело до решеток камер, впечатывая в прутья. Узкие зрачки глаз даже не пытались узнать того, кого поймали и сжали. Сознание Шисуи было подавлено зверем. Он окончательно вышел из себя и сломался под этой тюремной атмосферой. Нет, не испугался. Блондин вовсе не испытывал страха, просто вся эта беготня, временная смерть и ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь напарника повисло ощутимым давлением. Обещание вернуться назад, домой – это двигало вперед и это же заставляло ломаться и прогибаться под ставшей невыносимой атмосферой Дес Кампа. Ему осточертела вся эта тюрьма, эта погоня и эти нескончаемые надзиратели. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы Гривастый взял контроль на телом и разумом, потеснив «Шисуи» в пассивное состояние.
«Но черта с два я сдамся. Сваливай, Гривастый. Забыл, кто здесь хозяин?»
Рука все же дрогнула. В глазах постепенно начало проясняться и безумие, охватившее его, постепенно сходило. И от этого стало только хуже. Шисуи расширившимися глазами сначала посмотрел на свою руку, сжимающую горло, а потом взгляд поднял на лицо удерживаемого и блондин замер, тяжело сглотнув. Помотав головой и зажмурившись, он снова посмотрел на человека уже хмурясь и пытаясь разжать пальцы.
«Сваливай, волчий упырь!»
Безумие охватывает полностью, забирая сознание себе и извращаясь над ним в разных позах и техниках. Безумие опасно, а безумный зверь опасен вдвойне. Шисуи снова был безумен и это опять повлекло за собой последствие. Например, неумение различать лица и бесноваться, не обращая внимания, кому причинять боль. А человеком, чье горло медленно разжимал блондин, был его единственный напарник.

+1

4

Кажется, начало получаться. Суджи засмеялся про себя, когда его ноги достигли центра сектора. Это казалось невероятным, но его подошвы оставались целыми, он двигался осторожно, загребая ногами. Когда вода поднялась до колен, прежнюю тактику пришлось оставить. От исцарапанных об импровизированные снаряды голеней вода окрашивалась красным. Суджи про себя понадеялся, что в этот сектор не выпускают маленьких рыб-убийц, когда воды становится достаточно для заплыва.
Он немного замедлился. Редкие надзиратели, которые добегали до него, сразу лишались головы, дабы не отвлекать от обороны. Большая часть бежала мимо, по-видимому, к Шисуи. Крики тех, кого разрывал волчонок, заглушала отвратительная музыка, она долбила прямо в мозг, из-за чего Суджи окончательно перестал рассчитывать на слух. Впрочем, сейчас ему не нужно было контролировать все пространство вокруг себя: сзади его прикрывал напарник, так что можно было сосредоточиться на передовой. Он все еще не мог полностью привыкнуть к этому.
Шквал пуль поуменьшился, уворачиваться стало проще. Те несколько надзирателей, что продолжали стрелять до прихода подкрепления, Суджи мало беспокоили. Он вывел из строя достаточно пушек, чтобы они могли пройти, если очень постараются.
Легкая волна, поднятая Шисуи, дошла Суджи до пояса. Он усмехнулся и повернул голову, в тот же момент длинные пальцы Шисуи мертвой хваткой сомкнулись на его шее. Раньше, чем риппер успел хоть что-то сообразить, его протащили до решетки и бросили на прутья. Спина отозвалась болью, красное пятно у ног увеличилось, оставалось только молиться, чтобы в тех осколках, что воткнулись в его икры, не было ничего ядовитого. Еще неизвестно, каким чудом ему не сломали шею. От неожиданности, Суджи выпустил из рук оружие и вцепился в запястье сжимающей его горло руки. Может быть, японские школьницы и любили кабэдоны, но Суджи не был японской школьницей. Легкие обожгло, перед глазами заплясали круги, что-то хрустнуло у самого основания черепа. Шисуи смотрел прямо на него, но это…был не Шисуи. Суджи вдруг посетила ужасающая догадка о том, что это могло быть очередное оружие этого чертового Дес Кампа, но у него, к сожалению, не было времени обдумать эту мысль. Он задыхался.
Его ноги оторвались от земли и уперлись в живот Шисуи. Это было бесполезно, даже Маширо понимал, что такую тушу ему не сдвинуть. По сравнению с Суджи глава Намиями был огромен. Одна из тех вещей, которыми можно любоваться: риппер любил все большое, и если делал что-то, то всегда с размахом. Однако, когда такая махина вдавливает тебя в стену, ты понимаешь настоящую обратную сторону медали.
Внезапно пальцы стали разжиматься. Суджи втянул так много воздуха как мог и тяжело закашлялся. Его горло опухло, он ощупал его и нашел несколько маленьких ранок от когтей. Было это чертовым предательством или нет? Затем ли Шисуи взял его с собой, чтобы использовать как таран, а после убить? Разве в таком случае напарников лечат? В голове Суджи было слишком много вопросов, но мерзкая музыка выбивала их еще на подлете, а спина болела так, будто он оставил на решетке надзирательскую рубашку вместе с кожей.
Он не осел лишь по той причине, что его все еще поддерживал Шисуи. Суджи размахнулся и со всей своей небольшой силы врезал Шисуи куда-то в район скулы. Он уцепился за решетку, из-за чего не рухнул окончательно и воспользовался короткой передышкой, чтобы отдышаться. Воздуха не хватало, черт возьми, легкие продолжали гореть, а в голове отвратительным звоном стоял писклявый голос из динамиков.
- Ублюдок, давно не получал собственную шпагу между ребер?! – Суджи  оскалился, с трудом находя правильное положение, чтобы не рухнуть, и плавно опустился, поднял оружие. К ним уже торопилось несколько особо бравых надзирателей. В то короткое мгновение, за которое Суджи успел осмотреть Шисуи, он не заметил больше ничего странного. Это был все тот же пижон, которого он встретил в кафе два месяца назад, с теми же удивительными боевыми навыками. Он фыркнул и рванулся к надзирателям, нанося удар за ударом, выплескивая злобу, захватившую его разум. Он не поворачивался спиной. Больше он не позволит себе ослабить контроль.

+1

5

Блондин стоял, застыв с протянутой рукой, которая разжала горло риппера. Стоял и смотрел куда-то в темную пустоту за решетками. Даже удар в скулу он не почувствовал в достаточной мере, как, возможно, хотелось бы Суджи. Музыка продолжала играть фоном бессмысленного сражения. Неужели Шиниичи настолько наивен, раз думает, что эти слабые пешки остановят тех, кто яро жаждет свободы? В этом вся сущность человеческой расы – думать, что они способны на всё. Всесильные. Могущественные. Безумные. Но на самом деле – слабые, низко павшие, клинически больные идиоты, которых стоит изолировать от любого общества и запереть в темном секторе Ушираки. Которых легко сломать, стоит только сжать в своих руках их шею.
Оскалившись, глава клана запрокинул голову назад, прикрывая ладонью глаза и разрываясь в диком, весьма нервном хохоте. Другой рукой он держался за живот, после сгибаясь пополам и продолжая неудержимо смеяться. Отвратительное чувство, которое грызло изнутри все мысли и выедало собой всю разумную восприимчивость реальности. Вина. Шисуи чувствовал себя чертовски виноватым перед каким-то человеком, обычным смертным самураем с планеты Земля. Он, сам глава клана, испытывает вину? Смешно! Ужасно смешно! И блондин смеялся, забывая об окружавших его врагах, забывая о том, что вода продолжает пребывать и достигала уже бедер, забывая обо всем и лишь смеясь над собой.
Долго так продолжаться не могло, и смех прекратился так же резко, как и начался. На смену ему пришла полная прострация, а следом - холодная злость и вернувшийся рассудок. Невозмутимо потерев пальцем скулу, Шисуи поднял глаза к потолку над камерой, где располагался один из динамиков, из которого доносилась противная музыка.  Обхватив прутья камеры, он уперся ногами в них и вскарабкался вверх, с размаху вырубая динамик гардой, вытащенного из ножен вакидзаси. Тут же соскальзывая назад под мощным потоком воды из прорвавшейся трубы, находившейся за стальной стеной сектора. Кувыркнувшись назад в воздухе, он жестко приземлился ступнями в воду, под которой теперь плавало куча небезопасного режущего хлама. Не обращая внимания на дикую боль в ногах от впившихся в них предметов, он стремительно побежал к противоположной камере, над которой висел точно такой же динамик, издававший, словно специально, ещё больше звуков, чем когда их было оба. Руки соскальзывали, когти неприятно лязгали по прутьям, когда приходилось взбираться мокрыми ногами вперед, от чего осколки впивались в ступни ещё больше и обильно кровоточили. Забравшись и повторно воспроизведя снесения динамика к амантовским чертям, блондин успел спрыгнуть назад до того, как хлынул очередной мощный поток воды. Не теряя времени на отдышку, он удобнее перехватил вакидзаси, убирая его обратно и перехватывая занесенный на него меч подоспевшего запыхавшегося надзирателя, выхватывая и срубая ему голову. Развернувшись, он насадил на лезвие ещё одну голову, стряхивая её и пробираясь дальше. Музыки больше не было, но воды стало раза в три больше. Шкура Гривастого постепенно сходила на нет, растворяясь. Когти пропали, клыки тоже заметно уменьшились. Насчет глаз блондин не знал, но, возможно, те тоже уже потеряли свой звериный облик.
Ступать с каждым шагом становилось намного труднее, даже если не вспоминать об осколках в ногах. Мусор и всё то, чем был усыпан пол сектора, сбивалось в кучи, через которые перешагивать под водой иной раз было проблемно. Особенно, когда оно наваливалось тебе на ноги и приходилось падать в воду на колени, что вызывало не самые приятные ощущения, но Шисуи по-прежнему двигался вперед. Вода стремительно пребывала, нужно было скорее уносить ноги из этого сектора, который стал ещё одним его кошмаром. И не сколько из-за внешних факторов, подстроенных генералом Дес Кампа, а сколько из-за личного звериного безумия. Стоит только дать малейшую слабину, как животное тут же выждет идеальное время и атакует, завладев и телом, и душой, и сознание, и тем, кого зовут «Шисуи». Он завладеет всем, как вязкая болотная трясина. И поглотит, забрав в себя не только хозяина, но и ближних его существ.
Увидев спину Суджи, блондин, не мешкая, направился прямо к нему, попутно срубая головы и конечности тем, кто ещё не пал жертвой потопа, осколков и их разрушительной силы. Глава клана не знал, что сказать напарнику, хотя говорить не хотелось ничего. Но ведь нужно? Нужно же как-то объяснить, что на самом деле произошло? Или это лишнее? Лишние пустые разговоры, которые никак не помогут делу. Поэтому всё, что оставалось делать Шисуи – это поднять Суджи за ноги и закинуть на плечо, придерживая его рукой под коленями. И стремительно двигаться к выходу. К лестнице, которая вела ещё выше. Ноги тяжелели под напором воды и режущего хлама. Суджи вряд ли бы смог двигаться дальше самостоятельно, а время теперь было ограниченно, если они не хотят здесь вместе пойти ко дну.

+1

6

Изогнув бровь, Суджи взмахнул мечом, рассекая острым лезвием грудь одного из надзирателей, и покосился на Шисуи. Тот смеялся. Суджи фыркнул, презрительно сморщившись, и неуклюже проследовал назад, к нему. В воде он явно чувствовал себя лучше, чем его союзник: во всяком случае, когда вода подобралась к его груди – раньше, чем к груди Шисуи, которая находилась на уровне глаз Суджи – он догадался начать плавать, чтобы не ранить ноги. Во всяком случае, так он мог передвигаться хоть немного быстрее, иначе этого полоумного, забывшего про врагов и хохочущего так, будто в предательстве было что-то смешное, точно пару раз проткнули бы, а аттракцион невиданной щедрости в стиле «Перевяжи Шисуи как боевого товарища и поплачь над его хладным трупом» закончился еще в лифте. Подумать только, он ведь правда расстроился. И даже переживал. Теперь все это казалось нелепым сном, и Суджи решил относиться к прошлому именно так. Изначально Шисуи должен был стать средством, босс Потрошителей не собирался с ним дружиться. Этой линии, видимо, следовало придерживаться и впредь. А по поводу того, что было…Ну, спишем это на то, что одаренный мозг Суджи лучше знал, когда и как нужно себя вести, чтобы его не бросили на полпути в самом опасном месте во вселенной. Хотя он бы выбрался, он же гений, черт возьми!
Пока Маширо пытался прикрыть Шисуи, который теперь был разжалован из напарника в глупого-аманто-без-царя-в-голове, второй ломанулся к колонкам.
- Конечно, это же самая большая проблема сейчас! – вода заглушила ор Суджи, которого изрядно достала музыка, льющаяся из колонок, но еще больше достал Шисуи, который по-видимому не стремился упасть ему в ноги и умолять о прощении. Сплюнув, риппер развернулся, сунув вакидзаси в ножны, и поплыл по направлению к выходу из этого чертового сектора. Ноги сводило от боли, но он упорно работал ими, стремительно пересекая сектор. Из-за шпаги, которую Суджи держал вертикально, он напоминал акулу. Ну, или кто там с таким шикарным острым плавником плавает? Ска-ат? Впрочем, неважно.
Перед глазами Суджи возникло препятствие. Особо не разбираясь, что это могло быть (Шисуи-то продолжал изображать обезьяну где-то под потолком), риппер пырнул его шпагой, тут же уходя под воду. Клинок появился над водой раньше него, с силой направив его наискосок, он заставил двоих надзирателей отступить, и, воспользовавшись заминкой, встал на ноги. Что-то острое тут же ткнулось в подошвы, и Суджи задрожал от злости. Он захватил свободной рукой воды и плеснул в лица надзирателей, тут же разрубая одного из них непривычно длинным клинком. Размахнувшись, он направил шпагу прямо, но она задела второго человека лишь острием. Рыкнув, Суджи подался вперед, вырываясь из воды до пояса и ухватил надзирателя за шею, насаживая на шпагу до рукояти. Его ноги вновь опустились на пол.
- Между прочим, это чертовски больно, ублюдок! – прошипел Суджи, проворачивая клинок и выдирая его вместе с кусками плоти. Надзиратель повалился назад, поднимая небольшую волну. Маширо прикинул, можно ли использовать его как плот, но не успел додумать эту мысль. Пришлось отвлекаться на еще одну подоспевшую парочку, которая, разумеется, имела перед ним преимущество в росте. И комплекции. И башмаки у них наверняка были получше. Присвистнув, Суджи глубоко вдохнул и бешено закрутился на одном месте, присаживаясь и тут же уходя под воду, на ходу вытягивая вакидзаси из ножен. Вода вокруг него превратилась в маленький локальный водоворот, подталкивая его меч, направленный на ноги мужчин. Один поворот, и они повалились подобно прошлым, вакидзаси вновь убран в ножны, а Суджи собирает четыре ноги как букет цветов. Хм-хм. Сунув ноги с большим размером подмышку, он стянул ботинки поменьше и быстренько напялил их на себя. Подошвы были настолько плотнее, что Суджи едва не запел «Аллилуя» вместо хора мальчиков, правда, сами ботинки были ему велики, ни да ничего. Затянем шнурки потуже, а уж если еще и носки вторые надеть! Сказка просто. Еще бы вода не поднималась выше груди, совсем было бы хорошо.
Вдруг кто-то схватил его за ноги и водрузил на плечо, куда узкий зад Суджи вместился без проблем. Ну прямо попугай-матершинник на плече бравого пирата. Только это был не бравый пират, а Шисуи, который, даже если его бороду заплести в косички, на капитана Джека Брадобрея не тянул.
- Волчо-онок! Смотри, что у меня для тебя есть! – радостно заорал Суджи прямо рядом с ухом Шисуи, замахав перед его носом одной из ног. Однако, отпускать  их из сектора так просто люди вокруг не собирались, поэтому Маширо сразу же оттянул ворот Шисуи и сунул ноги туда, а после выхватил вакидзаси и принялся расчищать территорию по бокам, ликуя, смеясь и выкрикивая всякие неприличные выражения, про надзирателей, матерей надзирателей, дедушек надзирателей и про Шиниичи, имени которого он, правда, не знал. Как и поступает истинный джентльмен, когда его пытаются порезать на лоскутки для сыромятных доспехов.

+1

7

Поморщившись, блондин наклонил голову в сторону, чтобы избежать звуковой атаки, которую ему, видимо, решил устроить Суджи. Ещё и замахав ногой, загребая ей воду и брызгая ему в лицо. Один раз она заехала в глаз, от чего глава клана лишь мог вздохнуть и мрачно скосить взгляд на тело на плече, проклиная про себя тот день, когда им вообще довелось впервые встретиться.
Шисуи взмахнул коротким мечом, перерезая горло нападавшему и продвигаясь дальше. Вода продолжала пребывать назло всему и, кажется, что генерал воздушной тюрьмы действительно решил их здесь утопить, ведь было ясно, как день, что он следит за подачей воды и в другой сектор она не попадет. Или же это было наживкой и настоящий капкан, который приготовил Шиниичи для них – это нулевой сектор? Назад пути нет. Больше нет. И никогда не будет, потому что будь, что будет, но они выберутся отсюда, даже если шансов у них нет. Они смогут.
Прищурившись, в дали уже можно было увидеть очертания затапливаемой лестницы, ведущей на последний сектор. Вода достигла почти горла блондина, при том, что он шел в воде на полной стопе, разгребая ими осколки, которые уже организовали целую коллекцию на его ногах, хорошенько присосавшись, словно пиявки. Суджи тоже был большой пиявкой, прилипнув ногами к его телу. Плечо, на котором тот разместился, начинало неметь от неподвижности, что впрочем, ещё терпимо. Мысленно же Шисуи не скупился, раздаривая словесные пинки Гривастому, посмевшему несколько раз его ослушаться. Что за несносное животное ему досталось при рождении? Неужели наверху кто-то ошибся, и ему в итоге досталось это сумасшедшее недоразумение? Но сильное. Хотя блондин и без него был сильнее человека, но все же…
- Знакомство с Гривастым не сложилось, да? – усмехнулся блондин, озвучивая свой мысленный вопрос себе, но, кажется, произнес он его достаточно громко, чтобы напарник смог услышать. Ему не нужен был ответ, потому что Шисуи и сам прекрасно знал его. Знал, но легче не становилось и никогда не станет до конца жизни.
Очертания лестницы приобрели не смазанный вид, и теперь Намиями мог четко разглядеть её. Надзирателей с пребыванием воды уменьшалось: не все обладали высоким ростом, как глава клана. Или же не умели плавать, захлебывались и шли ко дну. Генерал воздушной тюрьмы не щадил никого, даже своих пешек, наверное, считая, что такой мусор достаточно легко заменить на новый.
Когда ещё один труп надзирателя пошел ко дну от того, что Шисуи снес ему голову, руку с вакидзаси свело судорогой. Ладонь произвольно разжалась и короткий клинок плавно пошел ко дну. Намиями расширенными глазами посмотрел на свою пустую ладонь, загребающую грязную воду. Осознание, что он потерял в воде вещь, которую обещал сохранить, на некоторое время вывело его из себя. Зарычав, но взяв себя в руки тут же, он ускорился, достигнув не затопленного лестничного пролета и посадив на него Суджи. Краем глаза он заметил тут столпившуюся стражу, которая боялась участи быть затопленной и стучала в закрытые двери нулевого сектора. С ними его напарник может справиться и в одиночку. У него ещё есть время найти оброненное оружие.
- Я что-то обронил по дороге сюда. Не обращай внимания. Я скоро. – быстро проговорил глава клана, нервно засмеявшись и разворачиваясь спиной. Кажется, они прошли с того момента метров десять. Недалеко, но и найти не составит труда, пусть и вода мутная, но звериное зрение поможет. Отсчитывая шаги и не обращая внимания на задний шум, блондин вдохнул воздух и опустил голову в воду, осматривая периметр и идя дальше. Приходилось уже вставать на пальцы ног, чтобы совсем не оторваться от пола. Результатов это не принесло. Подняв голову, подпрыгнув, задержав дыхание и вновь опустившись на носочки, ныряя головой в воду, он продолжал осматривать весь мусор, проходя дальше и загребая руками воду, как обычно делают те, кто умеют плавать.
Что-то блеснуло у обезглавленного тела. Приглядевшись, Шисуи обнаружил искомый предмет, садясь под воду полностью, поднимая вещицу, убирая её в ножны и сжимая их в руке, чтобы не потерять вновь. Ведь он дал общение, что сохранит его в целости. А обещания, неважно кому данные, он привык сдерживать.
Только встать обратно ему не позволили. Некоторые надзиратели все же умели плавать и делали это на высоком уровне. Шисуи не успел отследить за тем, что рядом есть кто-то живой. Блондин был сам виноват, замешкавшись на мгновение, и оно, возможно, будет стоить ему жизни. Мыслей совсем не было, когда из под ребра он увидел торчащий клинок катаны и расплывающееся красное пятно. Это было недостаточно неизвестному смелому надзирателю, поэтому вытащив свой меч обратно и вместе со вторым таким же клинком в руке он крест-накрест полоснул Намиями по спине. Посчитав свое дело сделанным, он спешно поплыл к лестнице. Шисуи протянул руку, пытаясь поймать за шиворот убийцу, но ухватил только воду, падая на колени, поперхнувшись подступающей к горлу кровью и выдыхая воздух. Зажав нос рукой, насколько позволяли оставшиеся силы, он двинулся вперед, проходя несколько метров и совсем оседая на дне.
«Хватит с меня этого чертового Лагеря Смерти», - последнее, что пронеслось в мыслях перед тем, как Шисуи потерял сознание.

+1

8

Раз, два.
Ноги Суджи наконец коснулись твердой земли, когда он спорхнул с плеча Шисуи. Вода в его новых ботинках, оказавшихся слегка великоватыми, неприятно хлюпнула и пролилась через отверстия для шнурков. Прямо перед его глазами несколько мужчин в форме пытались выбраться из затапливаемого сектора, спастись бегством. Пытались. Широко улыбнувшись, Суджи перехватил мечи поудобнее и сделал шаг вперед, напоследок махнув рукой удалявшемуся Шисуи.

Три, четыре.
Вода прибывает. Подошва ботинок делает Суджи выше на пять сантиметров, поднимая до ста семидесяти ровно. Две половины тела, составлявшие некогда одного целого надзирателя, рухнули на землю, разбрызгивая кровь, теряя внутренности. Суджи эффектно взмахнул вакидзаси, смахивая с него капли крови, а после еще раз, с размаху загоняя в ножны. Рванувшись раньше ближайшего надзирателя, он подхватил штурмовую винтовку убитого, мгновенно принимаясь кружиться в луже воды, натекшей с его ботинок и стен – в большей степени со стен. Два пальца с силой сдавили спусковой крючок, заставляя оружие выплевывать сплошной поток пуль. Руку повело, а самого риппера заметало из стороны в сторону.
Едва удержав равновесие, Суджи выронил винтовку, состроив брезгливую мину. Надзиратели, все до одного, неподвижно осели на пол. Ни одного не осталось. Усмехнувшись, Суджи развернулся на пятках, чтобы высмотреть вдалеке гигантскую спину гигантского Шисуи, и тут же столкнулся лицом к лицу с мужчиной. На мгновение потеряв ориентацию, Суджи замер, а раненый надзиратель повалился на него, крайне болезненно впечатывая в пол и придавливая собой сверху. Из раскрытых губ на щеку Суджи упала клякса крови, смешанной со слюной. Суджи ахнул.

Пять, шесть.
Суджи устроился рядом с телом мужчины и сложил руки на коленях. Ему нужна была минутка, чтобы прийти в себя. Всего одна минутка. Человек на полу тяжело дышал, изредка крупно вздрагивая, стараясь не смотреть на плечо, неестественно вывернутое из плечевого сустава. Между головкой и выемкой мирно покоилась шпага Шисуи, приковывая человека к полу, вонзенная по самую рукоять.
Облизнув губы, Суджи, которого больше некому было атаковать, медленно обхватил пальцами рукоять вакидзаси и плавно вынул его из ножен. По обуху клинка пробежался маленький солнечный зайчик, риппер мгновение полюбовался бликами, а после порывисто подался к жертве, приставляя к ее горлу острие.
- Тебе страшно? Бедный. Бедный, не стоит бояться. Воин должен быть смелым, - Суджи нервно захихикал, спускает острие ниже, касаясь совсем невесомо, не оставляя следов и не раня кожу. Он рванул рукой и надрезал голень, тут же подхватывая ногу свободной рукой, отгибая грязную мокрую ткань. Очень точно, кость едва-едва показалась, задета совсем чуть-чуть. От ужасного крика заложило левое ухо; раздув челку, Суджи повел меч дальше, срезая немного мяса с кожей. Небольшой, покрытый курчавыми волосами кусочек. Улыбнувшись, Суджи отложил меч и ласково, но настойчиво похлопал выдыхающего кровавые пузыри надзирателя по щеке. Едва он поймал затуманенный взгляд, как сразу просунул кусочек мяса между губ  мужчины, проталкивая его пальцами, просовывая пальцы по третью фалангу.
- Жуй. Ты должен съесть. Жуй. Жуй, а то вспорю брюхо.
Когда Маширо убрал руку, мужчина машинально задвигал челюстями.

Семь, восемь.
Суджи вспорол его брюхо. Его тонкие пальцы, все в слизи, красные от крови, тщетно пытались засунуть в рот надзирателя еще хотя бы немного кишок. Его щеки вздулись. Он едва дышал.
- Нет, подожди. Не умирай. Ты же сильный, не умирай. Давай же, живи, ты же воин, помнишь? - Суджи бросил затею с кишками и просунул руку в полую брюшную полость надзирателя, неумело шарясь внутри, пытаясь нащупать легкие и заставить их сокращаться, чтобы жертва продолжала дышать, а значит - жить. Всего несколько минут, он умирает всего несколько минут, и этого слишком мало, чтобы удовлетворить Суджи. Он нащупывает что-то мягкое и изо всех сил сжимает.

Девять, десять.
Мужчина скончался. Суджи выдохнул, наконец приходя в себя. Он поднялся и, уперевшись ногой в грудь надзирателя, со второго раза вырвал шпагу. Теперь можно было искать Шисуи.

Отредактировано Sugi Mashiro (2015-08-17 20:34:32)

+1

9

Закоулочками, по застеночкам, кое-где удавалось прошмыгнуть почти двухметровому длинному силуэту сначала наверх, за нужным человеком, а потом вниз, на рандеву с его бывшим подопечным. В излишней суматохе нижестоящие ребята, то есть, охрана, которая стояла на ушах благодаря весёлой парочке, пыталась быть во все колокола и появляться на людях в своём истинном обличье - это попросту дать себя на съедение испуганным, загнанным в угол, псам. Эти псы попытаются проделать в тебе дырку, думая, что там они смогут пролезть и вылезть где-то в безопасном месте.
Ушираки не боялся паники. Его мрачный сектор частенько устраивал ему сюрпризы в виде истерик заключённых, которая распространялась, как зараза. Бывало, весь сектор С галдел и захлёбывался соплями и слюнями. Так что, для Маруо на данный момент везде царила вполне себе рабочая ситуация, только с небольшими осложнениями, суть в которых была в том, что разрешение ситуации было не в его руках, к сожалению.
- Заключенный №6898 и заключенный №6899 официально умерли вчера. Поздравляю. - Словно мантру, мелодично растягивал себе под нос человек, шагающий неторопливыми метровыми шагами. Он был одет в тёмно-зелёный комбинезон и тёмно-зелёную кепку.
В руках у него была швабра, закинутая на плечо. На ногах же тяжёлые сапоги. По мере приближения к опасному месту затопления, хруст под тяжёлой подошвой усиливался, а по сторонам то и дело слышался шелест от соприкосновения костюма и острых предметов.
Ушираки бывал на этом секторе. Однажды он даже сам предлагал провести реформу и заключённых из его сектора С регулярно выводить в сектор А для профилактики. Но генерала.. у папочки был собственный взгляд на вещи. Как хорошо, что он его на камерах не узнает. Он не Ушираки Маруо, любимый племянник, у которого сейчас сердце кровью обливалось из-за того, что он творил под крылом опекуна, а молодой уборщик, привыкший чистить любое гуано, в том числе и в секторе А.
Выбрав изначально единственно правильный путь, лежащий по боковой стене, практически под потолком, зелёная фигура, всё так же, не торопясь, и не вызывая подозрений у прибывших охранников, которых тут же порубили на мясо, одного так и полностью разделив на две равные части. Всё это происходило чуть впереди Маруо и под Маруо, точнее, под подвесным металлическим мостиком, предназначенным как раз для подобных ситуаций с особой подачей воды.

Ушираки остановился, наблюдая за кровавой феерией, разворачивавшейся внизу. Да это маленькое существо - прирождённый художник.. Эдак как надо удумать так творчески заранее продумать, как ты вспорешь живот, да ещё успеть ручки свои погреть в чужих внутренностях. Почему никто раньше не додумался отправить его под тёплый патронаж к Ушираки, в сектор С? Учитывая, насколько этот актёр, разыгрывающий представление даже в убийстве, нуждался в публике, как в воздухе, в одинокой и чёрной камере С он поубавил бы свой пыл, а там и гляди, сам бы попросил очиститься.
Постояв так некоторое время инспектор в зелёном камуфляже, наконец, двигается с мёртвой точки, натягивает на голову зелёный капюшон. Рука, державшая швабру на плече, теперь вытягивается, сам Ушираки, держась ногами за перила мостика, наклоняет корпус вниз, подлавливает нужный момент и, резко сделав выпад кончиком швабры, буквально нанизывает продырявленный кем-то заранее одежду на загривке Суджи. Плавный рывок аккуратно поднимает и относит мальчишку в сторону, на подвесной мостик, к месту, где в стене мерещилось нечто, напоминающее то ли рычаг, то ли кнопку. Не долго раздумывая, тут же длинный зелёный силуэт падает в образовавшийся кровавый бассейн, а ещё точнее, на вылезающего из него охранника. Эффект неожиданности и резкий удар тяжёлым сапогом по затылку сделали своё дело, заставив и этого служителя порядка на корабле пойти ко дну. Оставалось подцепить норовящее утонуть тело главы клана Намиями концом швабры, что и было сделано. Теперь, длинных рук долговязого инспектора Маруо хватало, чтобы ухватиться за край постепенно затопляемой лестницы, а второй дотянуться до только что подплывшего, благодаря швабре, тела Шисуи.
Вот было бы смешно, если бы ушираки прямо сейчас уснул, на этом знаменательном моменте. Ан нет, у него ещё есть времечко поиграть в героя: той самой рукой, которую некоторое время назад продырявил ему Намиями, он с силой выталкивает того наверх, приправив это ещё и приводящим в чувства ударом кулаком точно в центр промежности, промеж яиц. Заблаговременно отплыв в сторону, Ушираки выбрался из воды самостоятельно, предварительно убедившись, что Шисуи приходит в сознание, а после стал взбираться обратно по лестнице, в три длиннющих шага оказавшись на самом верху и смерив затылок Маширо (простите, разница в росте) спокойным и безразличным взглядом.

+1

10

So back off!
This is a warning, like it or not.
I'm tired of listenin', I'm warning you, don't try to get up!

Он совершенно не чувствовал свое тело. Один сплошной источник огненной боли. В пальцах, в легких, в спине, в ногах и ступнях. А теперь ещё и резкая вспышка ниже пояса, из-за которой пришлось выгнуть шею, запрокинуть голову и едва распахнуть слезящиеся от воды глаза. Разразиться кашлем, поперхнувшись заглотанной ранее водой, и вывернуть наизнанку свой и без того пустой желудок прямо рядом с собой. Сплюнуть отвратительную жижу вперемешку с кровью. В нос тут же ударил смешанный запах мертвых тел и собственного грязного тела. В груди противно хлюпало при каждом вдохе и выдохе, блондин едва сглатывал, а перед глазами явственно стояла пелена.  И лишь слух не подводил, позволяя осознать, что он все ещё в Аду и его даже кто-то постарался вытащить. Шисуи хотелось засмеяться, но получилось чуть-чуть приподнять уголки плотно сжатых губ, чтобы не сорвать дыхание и не выплюнуть очередной сгусток своей крови.
Было чертовски больно, ломило, а в голове плясали черти, отображая свою картину разбитой гордости и личностей, которые он видел, пока находился в недолгом бессознательном состоянии. Был ещё чей-то голос и что-то, что он не мог точно вспомнить и представить. Лишь осколки и мешанина лиц. А ещё, кажется, чей-то смех и настойчивое, но испуганное рычание. Гривастый…
«Не ощущаю. Что произошло с ним?»
Вздернуть руку и поднять её на уровень своих глаз, казалось задачей невозможной. Да, и чтобы он разглядел, если перед глазами по-прежнему стояла темная дымка? Стоило больших усилий пошевелить правой рукой и передвинуть её на левую, нащупать на запястье браслет, пересчитать все звенья и попытаться вздохнуть с облегчением. А потом спуститься пальцами ниже и обжечься холодом оружия, которое было крепко сжато в собственной ладони.
«Я обещал».
С пятой попытки получилось оторвать спину от поверхности и, опираясь рукой, кое-как сесть, моментально сгибаясь и сплевывая кровь. Оружие в его руке. Чужая вещь, которую он пообещал сохранить, потому что прекрасно понимал, как оно может быть дорого. Ведь это единственный верный друг любого профессионального убийцы. Друг, да? А были у  блондина друзья, кроме его верной спутницы-убийцы – шпаги? Нет, потому что не нужны. Потому что такое уже было, потому что он через это проходил. И знал, прекрасно знал, что только оружие не предаст. А сейчас он сжимал в руке ещё одного друга, но не своего. И нужно сдержать свое слово. Хоть раз в жизни сдержать его до конца.
Перед глазами та же тьма, разбитая на осколки. Но слух отлично улавливает дыхание и передвижения. Размашистый шаг, дыхание и звук стекающих  капель с одежды, - Шисуи позволил себе мысленно хмыкнуть, - он прекрасно узнал в этих мелочах седовласого инспектора. Хотелось ехидно спросить, что он здесь забыл, но выглядело бы это глупо, ведь он сам знал ответ на этот вопрос. Чуть в стороне и ближе находился тот, кто и был сейчас нужен.  Его аура улавливалась на подсознательном уровне, потому что тот всегда ярко пах чужой кровью. Запоминающийся, потому что из всего знакомого окружения он был присущ только ему. А для того, чтобы встать, потребовалось ещё несколько раз поперхнуться собственными органами, побороть себя из последних сил. Переступить через себя и откинуть на задний план все раны и боль. Всего лишь на пару мгновений, их хватит. Шатаясь, сделать пару шагов в обуви, хлюпкой от воды, и встать напротив, на расстоянии вытянутой руки.
Суджи, – голоса у Шисуи практически не было, лишь вдох, хриплый и свистящий из-за грудной раны. Пришлось напрячь плечо, чтобы подрагивающей рукой протянуть сжимаемый вакидзаси. – Я сохранил.
Он смог улыбнуться устало и свободно, чтобы потом на выдохе произнести лишь:
Спасибо.
И упасть. Уйти в мир небольшой ванной комнаты, в мир Гривастого, боящегося воды, и своего безупречного наивно-сильного отражения.
Пути назад нет, а впереди – бесконечность.

+1

11

Суджи почувствовал себя игрушкой в игровом автомате. Или рыбой, которую выдернули из воды. Сейчас ты думаешь об одном, и тут р-раз! Взгляд наконец сфокусировался на одной точке, и Суджи окончательно осознал, что происходит. Он задрал голову, взглянув на появившегося из ниоткуда человека. Кажется, он уже видел его. Кажется. Он не вспарывал его живот, не видел его кишок, а, значит, не может сказать наверняка. Какое у него лицо…пресное. Прес-но-е, моя прелесть. Хотя рассмотреть его, если честно, толком не удалось. Суджи так и встал, как вкопанный, не понимая, нужно ли ему скакать, чтобы снести голову этому высокому человеку (тут еще допрыгнуть надо постараться), или он…А он вытаскивал Шисуи. Суджи вытаращился, даже не сообразив, что надо бы помочь – не то чтобы тушка Шисуи была легкой.
А Шисуи был живой. Воды, конечно, нахлебался, но был живой. В голове Суджи что-то щелкнуло. Живой, моя прелесть. Он даже встал. Суджи тупо уставился на него, а после непонимающе посмотрел на вложенный в его руку вакидзаси. Для этого он устроил показательные заплывы? Уголки губ дрогнули, едва заметно растягиваясь.
Шисуи повалился назад, и Суджи едва успел подхватить его под плечи, чтобы он окончательно не разбил себе голову – меч для этого пришлось отбросить; повалившись вместе с Шисуи, риппер сразу же его подобрал. Отключился. Его это больше не пугало, он знал, что это ненадолго – вот сейчас аманто станет похожим на труп, а потом опять проснется и будет хамить. Это заставило Суджи улыбнуться шире. Этот глупый аманто все время хамит, моя прелесть. В этом весь он. И в этом последнем рывке тоже. Он жил, отрабатывая повинность, жил чужими интересами. Суджи тоже когда-то был таким.
- Так что, это и есть та самая цыпочка-инспектор, да? – Суджи залился смехом и похлопал Шисуи по груди. – Не бойся, я никому не скажу, ха-ха.
Левое бедро Суджи загудело, вибрируя, тот с удивлением покосился на оживший вакидзаси. Как тогда, моя прелесть.
- Знаешь, что? – Суджи наклонился к Шисуи и, заправив его волосы за ухо, доверительно прошептал на ухо. – Он говорит, ты хороший. Он говорит, ты ему нравишься. Он говорит, я должен вытащить тебя. Как будто я сам не знаю, а? Наглые мечи пошли
Риппер снова захохотал и поднялся на дрожащие ноги. От его формы остались какие-то ошметки, сквозь дыру на груди явно виднелись шрамы: старые и пара новых. Помахав шпагой, он привлек внимание Ушираки.
- Господин, э-э-э…Добрый человек, - Суджи отвесил поклон и указал на Шисуи острием. – Похоже, нашего общего друга придется тащить. Не думаю, что справлюсь тут один.
Суджи смеялся не переставая. Он просто не мог остановиться.

0


Вы здесь » Gintama-TV » Death Camp » Сектор "А".